25 октября — знаковая дата в истории белорусского кино: 90 лет исполнилось бы Виктору Турову

Просто вглядимся в старый черно-белый снимок, на котором запечатлены хорошо знакомые нам люди. Настолько хорошо знакомые, что за минувшие годы многим стали родными.

Справа в свободно расстегнутой рубахе — Виктор Туров. В кадре ему всего 32, и восемь лет назад он окончил режиссерское отделение ВГИКа. Начинал Туров с традиционных документалок, а весной 1965-го «выстрелил» мощным, ярким дебютом — «Через кладбище», экранизацией повести Павла Нилина. За ним последовала не менее крепкая работа «Я родом из детства» по сценарию Геннадия Шпаликова (декабрь 1966-го).

А потом началась настоящая эпопея с дилогией «Война под крышами» и «Сыновья уходят в бой» по сценарию Алеся Адамовича. Это были первые фильмы Турова, которые испытали на себе пристальное внимание цензуры и в итоге добавили режиссеру очень много седых волос. Но, конечно, в процессе съемок было и множество счастливых, вдохновенных моментов, мгновений чистого творчества. И моментов человеческого общения, один из них и запечатлел фотограф. Туров явно весел, может быть, кто-то что-то сказал смешное за кадром…

Слева от режиссера — начинающая, совсем еще юная актриса Светлана Суховей. Пока у нее, 16-летней уроженки Мозыря, за плечами только две роли: Дуняша в «Бабьем царстве» и сестра Зворыкина в «Директоре». Лина в «Сыновья уходят в бой» станет третьей ролью… ВГИК Суховей окончит в 1973 году. В 1989-м возглавит Гильдию киноактеров Беларуси, еще десять лет спустя станет заслуженной артисткой… А еще левее — наверное, самая звездная пара не только советского кино, но и всего советского искусства второй половины века — Марина Влади и Владимир Высоцкий. Счастливые, влюбленные, молодые: обоим всего-навсего 31 год.

Самой «звездной» в этой компании, безусловно, была Марина Влади. Уроженка Франции, дочь русских эмигрантов, она дебютировала в кино в 1954-м и успела сняться с такими звездами, как Марчелло Мастроянни, Жан Габен, Жан Маре, Уго Тоньяцци. Самой Марине статус всемирно известной актрисы принес шведско-французский фильм 1956 года «Колдунья», а на Каннском кинофестивале — 1963 она получила приз за лучшую женскую роль.

В обойме Владимира Высоцкого тоже было уже немало фильмов, но по-настоящему популярным его сделали вышедшие в декабре 1966-го «Я родом из детства» Виктора Турова и «Вертикаль» Станислава Говорухина и Бориса Дурова (июль 1967 года). В обоих фильмах звучали песни Высоцкого, в обоих он играл как актер (в «Вертикали» — главную роль). В московских театральных кругах имя Высоцкого прекрасно знали все почитатели Театра на Таганке, уже прошли его первые сольные концерты в качестве автора-исполнителя. Но пока что это были только намеки на будущий «народный» статус, на то время, когда имя «Высоцкий» будет открывать любые двери, когда на него отзовется каждое сердце. Пока же официальная идеология воспринимала актера и барда двояко: не запрещала, но и не одобряла. 9 июня 1968-го в газете «Советская Россия» появился большой материал «О чем поет Высоцкий», где отмечалось, что в песнях Владимира Семеновича «под видом искусства преподносится обывательщина, пошлость, безнравственность. Высоцкий поет от имени и во имя алкоголиков, штрафников, преступников, людей порочных и неполноценных». Это был «жирный» намек: завязывай, твори то, что надо, а не то, что твоей душе угодно…

Но к тому времени в его жизни уже появилась Марина, и ему было все равно. Она приехала на Московский международный кинофестиваль — 1967, приехала вместе с детьми. Высоцкий в то время тоже был несвободен. И искра проскочила далеко не сразу. Французскую актрису впечатлила игра Высоцкого на Таганке в роли Хлопуши, но впервые она взглянула на нового знакомого другими глазами, лишь когда он взял в руки гитару: «Видела и слышала только его, чудесным образом моментально преобразившегося из простоватого парня в незаурядного творца». Главной проблемой влюбленной пары стали границы: попасть из СССР во Францию в конце 1960-х было не проще, чем полететь на Марс. Чтобы упростить получение визы, Марина в 1968 году решила вступить в коммунистическую партию Франции: «Это кратковременное и символическое членство в партии придаст моим просьбам вес».

Но на снимке, который мы сейчас разглядываем, Высоцкий и Влади еще не женаты — брак они зарегистрируют только в декабре 1970-го. На фото же жаркий август 1969 года, съемочная площадка на Новогрудчине, партизанский лагерь. Работа над «Сыновья уходят в бой» в самом разгаре… С Туровым Высоцкого к тому времени уже связывал один фильм — упомянутый выше «Я родом из детства», в котором роль танкиста изначально должен был играть Владимир Заманский или Алексей Петренко. Но оператор Александр Княжинский предложил попробовать актера с Таганки — и не прогадал. Потом последовало сотрудничество в «Войне под крышами» и, наконец, «Сыновья уходят в бой», для которого Высоцкий написал несколько песен: «Он не вернулся из боя», «Песня о земле», «В темноте» и одноименную с фильмом. Это было время, когда фильмы о войне отзывались в каждой душе, когда их делали люди, помнившие Великую Отечественную не по чьим-то рассказам и не по «урокам мужества» — по собственному опыту. «Война была моим врагом — личным врагом», — вспоминал Юрий Визбор, детство которого пришлось на 1940-е, как и у Высоцкого с Туровым. Потому и были те фильмы такими правдивыми, потому и сражался так отчаянно режиссер за каждую сцену, которую пыталась вырезать цензура из его детища. Для него это было не просто кино, это была правда, которую он хотел донести до зрителя, уже с головой ушедшего в мирную жизнь, что-то забывшего, а что-то и просто не хотевшего вспоминать, потому что «ну сколько можно»… Туров и Высоцкий как никто понимали: помнить нужно. Потому что пепел Хатыни стучал в их сердца каждый день.

А о том, как Высоцкий с Мариной появились на съемках «Сыновья уходят в бой», вспоминал сам Виктор Туров: «Это произошло странно, неожиданно, случайно. В районе Новогрудка я снимал картину «Сыновья уходят в бой» по Алесю Адамовичу. Каким-то образом, видно, через киностудию, Володя дозвонился до меня в гостиницу и выпалил:

— Вить, я бы хотел приехать к тебе вместе с Мариной Влади.

К тому времени я знал, что Володя уже влюблен в знаменитую «колдунью», что посвятил ей несколько песен, но никогда не мог предположить, что судьба сведет их столь близко и на относительно долгий срок... А пока — звонок:

— Хотел бы приехать... Показать Марине твою Беларусь.

Надо отдать должное Володе: он действительно искренне любил Беларусь, не раз здесь бывал и даже в то время называл ее «страной». Я ответил:

— Что за вопрос? Конечно же приезжайте. Когда?

— Завтра!

Я не удивился — это было в характере Володи».

И ведь приехали, и с удовольствием гуляли вокруг озера Свитязь, где их… чуть не побили отдыхающие!.. Дело в том, что среди местной публики мгновенно разнеслась новость о том, что из Москвы приедут киношные суперзвезды. «И вот когда они во время прогулки появились перед очами толпы, разочарование публики было невероятным! Какая-то удивительно простая женщина в каком-то допотопном платке, какой-то странный мужчина в кепочке, невысокого роста, не больше метра семидесяти, худые длинные ноги, узкий таз, слегка покатые плечи, удлиняющие фигуру. Какой уж там седовласый поручик Брусенцов из «Служили два товарища»! Словом, обычный нормальный человек... Толпа их окружила:

— Думаете, если мы провинциалы, то над нами можно издеваться?! Что вы себя выдаете за легендарных актеров!»

А тот самый партизанский лагерь, где сделана «наша» фотография, был построен под Новогрудком, в деревне Литовке. Сценарист картины Алесь Адамович вспоминал: «Высоцкий стоит тут же, разговаривает, усмехается — по-юношески светлый, дружелюбный, голос неожиданно тихий, больше слушает, чем говорит... А в это время «партизанский» лес гремел песнями Высоцкого. Их не только слышишь, а как бы видишь: с набухшими — вот-вот порвутся — венами на шее, покрасневшими от напряжения глазами... Привозил он их нам готовыми, песни к первому и ко второму фильмам — «Аисты», «У нас вчера с позавчера шла спокойная игра...», «В темноте», «Он не вернулся из боя», «Песня о Земле», «Сыновья уходят в бой», — или, может, сочинял тут же, на месте? Я так и не могу сказать точно...»

И снова слово Виктору Турову: «Получилось так, что обе мои картины по дилогии Адамовича «Партизаны», для которых Володя писал песни, шли у меня трудно. Они два с лишним года лежали на полках, их как следует порезали, и в настоящее время они существуют не в том виде, как были задуманы изначально. Кстати говоря, некоторые сцены в картинах мы снимали применительно к конкретным песням Высоцкого. Несколько, может быть, стилизованно, не столь «документально», больше изобразительно, пластически. Старались, чтобы они убедительно ложились под решение той или иной определенной сцены. И все же пришло время, когда мои картины, с переделками, с подрезками, приняли…»

А мы сегодня вглядываемся в фотографию, на которой все — молодые, красивые, изобильно талантливые, счастливые. Лето 1969-го, новогрудская деревня Литовка. И никто еще не знает, сколько кому отпущено на его веку…

Песни Владимира Высоцкого, написанные для белорусских фильмов 1960-х, — одни из лучших в его наследии. Переслушайте сейчас «Аисты», «Песня о новом времени», «Он не вернулся из боя». Нет ни малейшего ощущения, что они сделаны «на заказ», под конкретный фильм.