Медовое дерево и колоды-великаны: чем удивляет музей бортничества в Качановичах

Николай Качановский. Фото: Times.by

В небольшой полесской деревушке Качановичи на Брестчине среди вековых сосен под открытым небом расположился уникальный музей.

Здесь экспонаты – старинные колоды-борти весом под 300 килограммов и инструменты для сбора лесного меда, исконного промысла этих мест. Создал его много лет назад потомственный пчеловод Николай Качановский, чтобы сохранить уникальную историю полесского бортничества.

Times.by отправился вместе с создателем музея в Пинский район посмотреть, как веками добывали мед наши предки.

Этот материал можно прочитать на белорусском языке на Bel.Times.by.

Медовое дерево и местный водопад Дорога до Качановичей неблизкая – 50 километров от Пинска, почти час на машине. Первая остановка – еще на пути к музею, на узкой проселочной дороге, которую с обеих сторон густо обступили деревья.

Николай Николаевич показывает огромную вербу – с первого взгляда непонятно, что в ней интересного. Пчеловод поясняет: «Это медовое дерево. Смотрите вверх, там есть отверстие – в стволе живут пчелы, и сколько внутри этого дерева меда, даже невозможно представить. Посадили его еще в прошлом веке – во времена моего деда Ивана».

Медовое дерево. Фото: Times.by

Качановичи – некогда большая и знаменитая деревня, в которой сегодня осталось совсем немного жителей, расположена в очень живописных местах на берегу Припяти.

Рядом находится одноименный гидроузел, который Николай Николаевич также считает необходимым посетить. Показывает камни, которые стали видны на реке из-за понижения уровня воды.

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Полюбовавшись на местный водопад, отправляемся в конечную точку маршрута – агроусадьбу «Полесский бортник».

Колоды-исполины, которые не сдвинуть и вдвоем Первое, что впечатляет уже на входе в усадьбу, – количество и размеры экспонатов под открытым небом. Здесь деревянные седые исполины стоят по трое, бережно укрытые навесами.

Фото: Times.by

Всего в коллекции 65 колод – это, по словам пчеловода, самое большое собрание в СНГ. Собирал он их много лет по всей округе и в других районах Полесья.

«Сделаны они из дуба и чаще сосны – она легче, мягче, ее проще было выдалбливать. Для производства использовали сошно – только полностью зрелое дерево. Топором рубили его на нужную высоту, высекали изнутри, делали заглушки», – рассказывает Николай Николаевич.

Заглушка колоды. Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Самой старой борти – 130 лет. А самая большая колода весит около 300 килограммов. «Такую вдвоем нельзя опрокинуть. А вот втроем да, уже можно», – улыбаясь, говорит Николай Николаевич.

Есть в музее и «самая красивая колода», по мнению его создателя. Ему она напоминает женский образ, поэтому и удостоилась таких лестных эпитетов.

Среди великанов можно рассмотреть «младших братьев» – колоды поменьше, их чаще использовали как ловушки для пчел, чтобы после пересадить семью на постоянное место жительства.

Николай Качановский. Фото: Times.by

«Эта старинная пасека дает представление о том, как выглядел раньше промысел у нас на Полесье», – говорит пчеловод.

Пока мы перемещаемся от одной борти к другой, над нами кружат-жужжат пчелки – немного боязно, что ужалят.

Фото: Times.by

Оказывается, они облюбовали под свои домики несколько музейных экспонатов – таких, говорит пчеловод, целых шесть колод. Первая половина октября в этом году выдалась необычно солнечная и теплая, а пчелы активны, поясняет он, пока температура не опускается ниже 10–12 градусов.

Аура бортника, лезиво и короб из лыка: как раньше собирали мед Бортничество – древний промысел Полесья, который с 2020 года внесен ЮНЕСКО в список нематериального наследия человечества. По некоторым данным, насчитывает он более 1000 лет.

Изначально борти – это естественные или специально выдолбленные топором дупла в дереве, в которых жили и запасали мед лесные пчелы, а люди забирали его часть.

Фото: Times.by

Позже для этих целей начали использовать колоды, которые бортники закрепляли на деревьях выше 4 метров или оставляли на земле. Главное отличие бортей и колод от современных ульев – отсутствие рамок. Обычно колоды делали на одну пчелиную семью, но в коллекции Николая Качановского есть и на две – с двумя отдельными «входами».

Колода на две семьи. Фото: Times.by

Колоду весом в 200–300 килограммов на дерево бортник мог поднять и закрепить сам с помощью лебедки.

«Интересный факт, – говорит наш экскурсовод, – борть везли к месту установки на телеге без лошади. Пчелы очень не любят ее запах, а ужаленное животное тут же становилось на дыбы. Поэтому телегу тащил сам бортник».

Такую дедовскую повозку тоже можно увидеть в экспозиции.

Фото: Times.by

А еще, рассказывает Николай Николаевич, хорошими бортниками считались люди с особой аурой, спокойные и добрые, пчелы их не боялись и не кусали.

Затем, чтобы добраться к установленной на дереве на высоте нескольких метров борти, использовали лезиво – специальную веревочную лестницу, – она также есть в музее.

«Принцип здесь – как у альпинистов. Перекидывали веревку через ветку выше и потихоньку подтягивались вверх. Вот висишь на ней и забираешь мед», – говорит Николай Николаевич. Собирали лесное лакомство в специальную корзину, сплетенную из липового луба, – лыка, луба, из которой он не вытекал.

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Для окуривания использовали не дымарь, как сейчас, а палочки из особого дерева – береста (малый вяз, карагач). «Они долго дымили, и даже вода не могла их потушить. Гасли, только когда ножом обрежешь до чистого ствола», – поясняет пчеловод.

Для работы использовали специальный нож из косы с двумя лезвиями. Им легко было подрезать соты на любой высоте.

Соты в колоде. Фото: Times.by

«Весь процесс сбора меда занимал 15–20 минут, – говорит Николай Николаевич, – но работа бортника считалась очень тяжелой и опасной. Иногда во время подъема колод или сбора меда были случаи падений, травм и даже гибели».

Мишка тоже любит мед Мы подходим к одному из самых интересных экспонатов музея – большой раскидистой сосне с закрепленными наверху колодами. Вокруг подвешены три бревна – они «катаются» и мешают подобраться к колодам медведям.

Фото: Times.by

«Раньше, – рассказывает наш гид, – мишки проявляли большую находчивость. После безуспешных попыток старый медведь находил молодого, гнал его на дерево, чтобы он со своими острыми когтями мог забраться на высоту, разломать крепления и сбросить колоду на землю. Вот тогда косолапые устраивали настоящий пир».

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Фото: Times.by

Наши предки ценили не только сам мед, но и даже больше пчелиный воск, который использовали для производства свечей. Занятие бортничеством было делом достаточно прибыльным по тем временам. Свой товар местные бортники возили в том числе и на знаменитый лодочный базар в Пинске.

Занимались «делом бортным» с XVI века Николай Качановский – потомственный пчеловод. С 25 лет занимается созданием своего генеалогического древа, и на нем уже две сотни достоверно установленных имен. Историю своего шляхетского рода он знает почти до десятого колена, начиная со времен королевы Боны.

Фото: Times.by

Качановичи – их и его родовое гнездо. Музей располагается сразу за забором семейной усадьбы.

«Мои предки Качановские на этих землях занимались «делом бортным» с XVI века. Есть документ, в котором это указано. Точно знаю, что у моего прадеда Николая Горегляда было 100 колод», – говорит пчеловод.

Николай Качановский. Фото: Times.by

Музей он начал создавать лет 20 назад. Свое решение объясняет необходимостью сохранить историю для будущих поколений.

«Надо, чтобы об этом промысле обязательно знали наши правнуки. Потому что, если ты не знаешь прошлое, ты не знаешь будущее», – считает Николай Николаевич.

Мед, который лечит Николай Качановский – не только хранитель традиций, но и человек, который искренне убежден в огромной пользе продуктов пчеловодства. О том, что такое пасека, он знает с самого детства, но серьезно пчеловодством стал заниматься уже в зрелом возрасте.

Фото: Times.by

Фото: Times.by

По образованию он инженер-гидротехник, работал техническим специалистом, также подрабатывал пчеловодом в колхозе. В начале 90-х ушел с работы и полностью изменил свою жизнь.

Начал развивать свою пасеку, инициировал первые поездки местных пчеловодов на профессиональные форумы в Польшу и Литву, участвовал в конференциях ученых и пчеловодов, которые проходили в Пинске, Минске, Солигорске. В 2004 году в Пинске с его участием впервые был проведен праздник меда на Медовый спас.

Профессионально занимается пчеловодством уже 30 лет.

Сегодня в Пинске у Николая Качановского собственный магазин пчеловодства «Нектар Полесья» и фармкомпания, производящая порядка 20 наименований продуктов с медом.

Фото: Times.by

У Николая Николаевича много историй о том, как они помогли людям поправить здоровье. На основе личного опыта написал книгу с практическими советами «Азбука активного долголетия».

Интересуемся, какие медовые продукты он считает самыми ценными. Пчеловод объясняет, что рейтинг полезности выглядит так: на первом месте – пчелиный яд, затем подмор, маточное, трутневое, пчелиное молочко, прополис, перга, пыльца, мед в сотах, мед.

Фото: Times.by

На прощание просим поделиться каким-нибудь чудо-рецептом, например от стресса и тревоги, которыми полна жизнь современного человека. Николай Николаевич советует такой: в стакан кефира добавить по чайной ложке меда и какао, хорошо размешать и выпить перед сном. «Действует отлично, – улыбаясь, говорит он. – Проверено на себе».

И добавляет, что согласен с мудрецами: здоровье не надо искать где-то далеко, оно у нас под ногами. Чем ближе к человеку растут трава, фрукт, ягода, цветок, с которых пчела собирает нектар, тем целебнее они для него.